Алаверды

 

ГОСТЬ

 

«Вот кто меня тянул за язык! Шла бы себе и шла. Смолчала бы, и жизнь моя пошла бы по-другому», – прислала мне Ленка СМС в 9 утра. Уровень драмы зашкаливал даже сквозь телефон, и я резко проснулась.

Лена – моя подруга детства. Она недолго жила в Тбилиси, мы вместе ходили в садик. Потом они переехали, но раз в пять лет она вырывалась на малую, горячо любимую родину, и мы за несколько дней успевали обсудить пятилетку событий.

В этой пятилетке Лена привезла на Чёрное море своего второго мужа, и мы планировали наболтаться после её морского безделья. Но тут такое сообщение. Я судорожно набрала Лену – подругу надо было спасать.

Ниже привожу коротко рассказ Ленки.

«В понедельник, в первый вечер, мы возвращались с Лёшей с пляжа. Была отличная погода, и во дворе нашего гостевого домика, который ты мне посоветовала, хозяева Нукри и Нино жарили шашлыки с друзьями. Проходя мимо мангала, я обалдела и сказала: «Какой аппетитный запах!» Это был провал Штирлица. Через час к нам в комнату постучался сын хозяев Никуша и молча протянул глубокую тарелку шашлыков. Было неудобно, но мы взяли и на ужин всё съели. На следующий день я купила шоколадку, положила на тарелку и так её вернула.

В среду вечером в дверь постучали, и там опять стоял Никуша с блюдом горячего хачапури. «Мама просила передать, что шоколад был очень вкусным», – сказал ребенок и ушёл. То хачапури лишило нас дара речи, это была амброзия. Но тарелку надо было возвращать. Покупать вторую шоколадку мне не позволили годы детства, проведённого в Тбилиси, да и Нино не повторялась в блюдах.

На утро четверга мы планировали прогулку на пароходе, но я всё отменила и затеяла блины. Лёша сказал: «Силы небесные, неужели я дождался блинов!» Но он был ни при чём. Жарила два с половиной часа. Я так не старалась со времён собственной первой свадьбы. К двум часам дня я стояла у дверей кормильцев с горой тонких ажурных блинчиков. Нукри принял дар и галантно поклонился. Ну всё, думаю, так не стыдно. А то у людей гостеприимство, а мы шоколадку – позорище.

На пятый день, когда в дверь вечером постучались, я напряглась. За дверью стоял Никуша, с улыбкой протягивая блюдо, доверху наполненное розовыми персиками, лопающимся сахарным инжиром, блестящими сочными яблоками, орехами и лоснящимся чёрным виноградом. Аромат от блюда шёл такой, что я на всякий случай ухватилась за косяк. Ужинать вечером мы не пошли, а легли смотреть «Мимино» и под Бубу, Фрунзика и белое сухое смолотили все фрукты.

В субботу вместо дельфинария я, доверху наполненная вчерашними витаминами, начала готовить курник. Вспомнила уроки домоводства в школе и приступила. Лёша сказал, что многого обо мне не знал. Курник был готов ближе к обеду и лёг ровно на всё блюдо. Несли его вдвоём. Хозяев не оказалось дома, и мы передали его их старенькой бабушке. Бабушка приподняла бровь. Потом Лёша предложил сходить в бар, но я так устала, что осталась в номере пить вино и листать в «Гугле» рецепты пхали.

На седьмой день мы вернулись с пляжа, а у ворот стоял Никуша. Увидев нас, он как-то официально подошёл и сказал: «Мама и папа просят вас на минутку в восемь часов зайти», – и убежал. Лёша сказал, что это неспроста, и поинтересовался, как я думаю, сколько тут стоит хеннесси. Я сказала: «Тут своего хеннесси по горло, кто тут такое дарит, ты что! Наверное, надо пианино дарить. Или икону старинную. Или томик Шекспира с подписью самого Шекспира». В восемь часов я в вечернем платье и Лёша в туфлях стояли у дверей Нукри. Позвонили. Стол был разложен на две комнаты, гостей сидело человек 40. На столах в три этажа стояло всё. Всё, что растёт, дышит, мычит, блеет, пенится, колосится в Грузии. Нукри вскинул руки, распахнул улыбку, подошёл к нам и сказал: «Проходите, дорогие гости, мы тут просто немного барашка зарезали, скромный обед, будем рады разделить с вами. Вы нас таким пирогом угостили, мы теперь ваши должники».

Теперь во вторник мы едем к дедушке Вано на 80-летие, в четверг собираемся в Тбилиси у Анзора на годовщину свадьбы, а в декабре мы должны приехать на крещение маленького Зурико. Это обязательно.

Мы перезнакомились со всей улицей, соседями и родственниками. Нас зовут пить кофе на первый этаж, потом завтракать на второй, потом играть в нарды в дом напротив. Вечером пить пиво во дворе и ужинать всем вместе. Это какой-то один огромный дом, и в нём нескончаемый обед.

Я не загорела, не посмотрела дельфинов. У меня в номере мука, яйца, дрожжи, 4 кило баранины и хмели-сунели. Бутылки с вином и чачей стоят даже в ванной. Я не сделала ни одного селфи и уже что-то понимаю по-грузински. Леша поправился на 3 кг и думает купить тут дом.

Я просто сказала, как вкусно пахнет, Валя!

Как ты здесь живешь, а?»

Валентина СЕМИЛЕТ

Источник: rt-online.ru